Не сваливайте на патологию все мерзости нормы

Мне бы хотелось немножко снизить, так сказать, градус научности и поговорить о вещах, может быть, более простых и понятных, близких нам.

Первое, хочу вспомнить два происшествия, которые сотрясали, скажем, Интернет и даже радио. Один случай можно назвать трагическим, другой драматическим, но, слава богу, не со смертельным исходом. Утонул во время шторма, вытаскивая своего ребенка из-под внезапно появившейся волны, один молодой человек, который, по несчастью, оказался сыном главы администрации президента. И который, по несчастью, оказался человеком, виновным в ДТП со смертельным исходом, которое произошло лет пять назад. И обязательно тут же нашелся человек, который сказал: «ага, бог не фраер-то, все-таки, наказали тебя за ту сбитую бабушку».

История вторая. Один артист избил свою жену, она получила много травм. И тут же буквально напечатали ее фотографию в голом виде, потому что она, оказывается, сколько-то лет назад фотографировалась в каких-то эротических журналах и, можно сказать, зря у нас не бьют — получила за свое прошлое, и это, мол, правильно. А ты, утонувший парень, получил за то, что сделал тогда-то.

Вот оба этих случая, во-первых, абсолютно идентичные. А во-вторых, оба свидетельствуют о том, что культура насилия развилась в нашем обществе чрезвычайно, пустила ростки в мозги людей, которые считают себя, наверное, добрыми, демократическими, а возможно и религиозными людьми. Один из людей, обсуждавших случай с утонувшим молодым человеком, так и сказал: «А что тут такого, всего лишь обсуждение знаменитого «мне возмездие, аз воздам», так сказать, апостол Павел и так далее. На самом деле это та самая культура насилия, которая заставляет заклеймить, пригвоздить жертву и оправдать насилие. И почему же эта культура так замечательно у нас расцвела? Можно сказать, конечно, что агрессия, в общем-то, извечная, черта всех живых существ, в том числе и человека в какой-то мере. Но у живых существ, как Лоренс нам рассказал, это нужно для брачного отбора, для защиты потомства, защиты своей территории и для поиска пищи. Вот четыре функции агрессии в животном мире.

С человеком все значительно сложнее, хотя на самом деле проще. Инстинктивный мир человека чрезвычайно беден. Можно сказать, его просто нет. Доказано существование у человека всего двух инстинктов. Это если вот так ребенку пальчиком по щечке, он повернется в ту сторону, чтобы взять мамину грудь. И если ему сунуть какую-то жердочку в руки, он сделает хватательный рефлекс. Вот эти две вещи, которые человек наследует. Все остальное, все абсолютно, ему дает общество. Это я читал в толстых отечественных и зарубежных книжках на английском, французском, немецком и русском языках.

Говорят что-то о патологическом характере нашего общества. Мне кажется, что это совершенно неправильно, потому что это разговор идет о господине подпоручике, который шагает в ногу, в то время как весь полк, дивизия, бригада, армия, фронт и вооруженные силы всего человечества, шагают не в ногу. Так не бывает. Великий немецкий психиатр старой классической школы Освальд Бумке сказал замечательную фразу, которую я советую запомнить, потому что она полезна: «Не сваливайте на патологию все мерзости нормы».

Мы живем не в феодальном обществе, друзья. Мы живем в прекрасном рыночном обществе, в котором существуют только рынки. Понимаете? А регуляторы, институты и ценности, так сказать, в надстроечных этажах, приспособлены к тому, как устроены рынки. Они их слушаются, не регулируют.

Агрессия хорошо продается. Насилие — это сейчас самый ходкий товар. Журналист Минкин писал, и я думал, что он преувеличивает, как какая-то журналистка посадила ребенка за компьютер и поставила диск с игрой. И маленький пятилетний мальчик говорит: «Я его убил, он сдох. Я его убил, он сдох». И так 250 раз. Кто из этого мальчика вырастет? Тот, кто таким же образом легко будет убивать. Почему? Потому что это игровая дегуманизация жертвы, игровая объективация насилия. Компьютерные игры, потом реконструкторы, а потом сами знаете что. Это неслучайно. Поэтому Минкин, который писал об этом в 2004, кажется, году, по большому счету оказался прав. Насилие хорошо продается.

Общество у нас рыночное в примитивном раннем смысле. Если есть там прибыль 300%, то нет того преступления, которое бизнес не совершил бы даже под угрозой виселицы. Тем более что эту угрозу виселицы люди никогда не видят. Я не хочу больше говорить чего-то особенного. Могу сказать, что культура насилия чрезвычайно развита и чрезвычайно востребована потребителем.

Что в этой связи можно сделать? Выхода на самом деле нет никакого, кроме одного: воспитывать самих себя, каждый сам себя, чтобы не оправдывать насилие, включать разум, рациональность, когда обсуждаем что-нибудь со своими друзьями, когда размышляет о том, что видим по телевизору. И задача каждому из нас, из маргиналов, хотя я не считаю нас маргиналами, внести в этот мир немножечко милосердия, попытаться ощутить наслаждение от штыка, воткнутого в землю, а не в горло противника. Попытаться ощутить счастье прощения. Попытаться уметь забывать, каяться, сказать «наверное, ты был прав, а я был неправ». А главное, еще раз повторяю, не оправдывать насилие и не осуждать жертву. Спасибо большое.