За последний год на ТВ появились сюжеты, которые войдут в историю как позорная страница журналистики

Выступление журналиста "Эха Москвы" Арины Бородиной «Телевидение как подмена реальности» на IV сессии Конгресса интеллигенции "Культура против политики".

Большую часть своей журналистской деятельности, вернее, всю ее часть я пишу о телевидении, и теперь не только пишу, но и рассказываю в эфире «Эха Москвы», где у меня выходит еженедельная рубрика. Я много занимаюсь телевизионной социологией, изучаю телевизионные рейтинги, на основании их делаю выводы о том, что, собственно, происходит с реакцией наших зрителей.

Собственно, телевидение есть подмена реальности. Можно долго рассказывать о том, что сериалы, какие-то развлекательные программы являются ежедневным уводом зрителей из реальности. Наверное, в идеале телевидение для этого и существует – развлекать, информировать и просвещать. Но с информацией у нас совсем плохо в последние лет 10, с развлечениями хорошо, с просветительством тоже неважно. Сосредоточусь на некоторых информационных и социологических данных, поскольку я привыкла за годы своей работы оперировать, прежде всего, фактами.

Прошу прощения, если я рассказываю азбучные истины, но важно понять, что произошло за последние 10 месяцев. Понятно, что основным источником информации в нашей стране является телевидение. Вообще, 93 процента населения в Российской Федерации (на март 2014 года) узнают о новостях в стране из телевизора. На прошлой неделе компания «TNS Россия», которая занимается медиаисследованиями радиостанций, прессы, Интернета и телевидения, представила статистику: 70% населения России ежедневно смотрят телевизор. В среднем 4 часа в день смотрят люди телевизор, каждый день. Те, кто старше 55 лет (как говорят на телевидении, аудитория «55 плюс»), смотрят телевизор почти 6 часов в день. Я часто слышу от своих коллег и знакомых, что «мы несколько лет не смотрим телевизор, у нас в доме вообще его нет, мы его выкинули, не покупаем и не видим». Но, к сожалению, это не является тенденцией. Тенденция в том, что люди смотрят телевизор регулярно. И эта тенденция не только российская – она и мировая: в странах Европы и в Соединенных Штатах в среднем телевизор смотрят 4 часа в сутки, молодые люди смотрят меньше — примерно 2,5 часа в сутки. Другой вопрос, что мы смотрим и как мы это смотрим.

Начиная с февраля, когда заканчивались Олимпийские игры и когда случился Майдан на Украине, из российского эфира постепенно была вытеснена информация о России. Даже то, что в каких-то сжатых формах доходило до эфира — исчезло все, включая съезды «Единой России» (политику, протокольный визит Владимира Путина, понятное дело, не могли они игнорировать), заседания Государственной Думы — все минимизировалось. Перестали рассказывать о пенсиях, о проблемах ЖКХ, я уже не говорю про более актуальные проблемы. В общем, российская жизнь из российского эфира исчезла.

На днях на сайте ИТАР-ТАСС было опубликовано интервью Андрея Ванденко с Владимиром Путиным, его фрагменты даже показывали по телевизору. Ванденко спрашивает Путина, или даже не спрашивает, а констатирует тот факт, что во всех ток-шоу и информационных программах у нас уже целый год почти на экранах — одна Украина. Путин очень эмоционально на это реагирует. Он просто взъелся, я бы так сказала, почему-то его очень задела эта констатация, и он убеждает Ванденко, что «это вообще ваша вина, вы, журналисты, что вы тут показываете». Я была изумлена: а что такого, собственно, он спросил? Отметил то, что ни для кого не является секретом. Но, видимо, эта фактологическая деталь не очень понравилась президенту страны, потому что она является неотъемлемым фактом того, что в России, которая как бы официально не участвует ни в силовой операции, ни в войсковой операции на Украине, целый год говорят только об Украине и ни о чем другом.

В России очень сильна историческая память. За последние 15 лет одной из самых популярных телевизионных трансляций является парад Победы на Красной площади. Его смотрят люди разных возрастов, я писала об этом много лет в «Коммерсанте». Это какая-то удивительная статистика. Вы сейчас поймете, почему я перескочила с Украины на тему парада Победы. Это неважно, кто является президентом в стране, кто министр обороны, каковы идеологические детали этого парада. Парад Победы в 10 утра 9 мая на Красной площади смотрят все, потому что, так или иначе, каждую российскую семью тема войны задела.

Именно то, что 9 мая люди активно смотрят телевизор, начиная с парада Победы, учтено теми людьми, кто формирует смыслы на телевидении. Количество выпусков новостей с февраля (пик пришелся наверное, на май-июнь) резко выросло. Количество сюжетов, посвященных Украине, в каждом из выпусков новостей выросло вдвое, а то и втрое. Вечерние выпуски новостей, программы «Время» и «Вести», шли в эфире по полтора часа, иногда с перерывом на «Спокойной ночи, малыши!», потом их убрали на канал «Культура», чтобы не портили идеологическую картину. И во всех этих сюжетах неизменно повторялось то, что для вас не новость — несколько стереотипов-клише: «фашисты», «бандеровцы», «нацисты», Украина – фашистское государство. Не делалось никаких оговорок, никаких скобок. То есть целиком Украина представлялась как фашистское государство. Это сильно легло в сознание зрителей, которые активно смотрят телевизор, и в большинстве случаев с ним соглашаются.

Когда вам изо дня в день, в течение нескольких часов, говорят «фашисты» или «нацисты», даже если вы отстраненный от телевизионной реальности человек, имеющий возможность получить альтернативную информацию, это действует на психику и на сознание. И поэтому происходит абсолютная подмена реальности. В этом смысле расчет абсолютно точный. Тема войны, историческая память, кадры с бомбежками, с детьми, стариками, оставшимися без лекарств, – все это препарировано настолько искусно, что возымело небывалый эффект. Ни одна пропагандистская кампания – ни война с Грузией в 2008-ом, ни тот же Майдан в 2004-ом, ни выборы президента России или избирательная кампания «Единой России» – не имели такого идеологического успеха на телевидении, как ситуация с Украиной.

На этой теме противостояния, памяти о Великой Отечественной появились сюжеты, которые, на мой взгляд, войдут в историю как позорная страница истории нашего телевидения. Самый «эпический» сюжет — история про «распятого мальчика», дважды показанная в эфире Первого канала, в программе «Время», когда некая женщина якобы видела, как украинские войска распяли трехлетнего мальчика, а его мать привязали к танку и возили по площади, пока она не скончалась. Сюжет был довольно большой, продолжительностью 6 минут. Его делал, кстати, опытный корреспондент Первого канала, то есть реальный человек. Безусловно, это спланированная ситуация, но она произвела конечно, чудовищный эффект. Думаю, что у любого среднестатистического человека, живущего далеко от Москвы и не имеющего возможности получать альтернативную информацию из Интернета, эта картина вызывает, конечно, ужас. Но никаких подтверждающих фактов нет.

У меня свежий пример истории, которая получила название «Мальчик-маячок». На канале НТВ, в программе «Чрезвычайное происшествие» была история, опять же основанная на темах, косвенно связанных с темой войны. История о том, как в семью пришли украинские войска, пытали родителей, забрали мальчика, который должен был послужить маяком для украинских мишеней, сообщить информацию о позициях так называемых защитников Донбасса. Я уже не говорю о том, что слово «ополченцы», которое из раза в раз повторяют наши телевизионные каналы, лишено всякой логики, потому что это помощь действующей армии. Был момент, когда слово ушло из эфира, но все-таки оно прижилось, потому что оно несет очень благородный замысел (ополченцы связаны опять же с войной 1812 года). Так вот, мой коллега и товарищ Тимур Олевский, который работает на телеканале «Дождь» и в эфире радиостанции «Эхо Москвы», проводит свое очень профессиональное расследование и выясняет: мальчик из многодетной семьи, его родителей не пытали, учителя рассказывают, что у мальчика есть некоторые психологические отклонения, естественно, никаким маячком для украинских военных он не был. Вот очередная подмена реальности, 100-процентная подмена.

И еще одна, на мой взгляд, крылатая история, пример того, как пропаганда может войти в раж и совершенно не замечать границ. В конце апреля на канале НТВ, опять же, эксклюзивный материал, с плашкой «Эксклюзив», в программе «Чрезвычайное происшествие»: в городе Николаев в больничной палате показывают некоего Андрея Петкова, который получил травмы. Корреспондент НТВ нам сообщает, что это наемный немецкий шпион, который когда-то имел советское гражданство, теперь – украинское; что у него четыре паспорта, он привез 500 тысяч евро для того чтобы поддерживать нехороших людей. В этой потасовке, на митинге в Николаеве он пострадал. И сам Петков на камеру подтверждает, что действительно приехал, попал в потасовку и что он наемник – немецкий шпион. Через полчаса на канале «Россия 1», государственном национальном канале, в программе «Вести» показывают того же самого Андрея Петкова, где сказано, что, наоборот, он достойный человек, приехал на свою историческую родину, в город Николаев, привез те самые 500 тысяч евро (сумма совпадает). Но он их привез в поддержку людям, чтобы купить еду, форму, как-то их морально поддержать. И он все в той же больничной палате, но с другим корреспондентом. Что должно твориться в головах у зрителей, если вдруг допустить, что они смотрели оба телеканала с разницей в полчаса? Абсолютная подмена реальности. Но это не конец истории, а только начало. Андрею Петкову посвящают трехминутный сюжет в программе «Вести». Через три дня показывают того же Андрея Петкова уже с Георгиевской ленточкой, где какие-то люди в камуфляже говорят — «да, он – наш». То есть украинские СМИ, другие СМИ, российские СМИ фиксируют эту историю, и получается, что там он – наемник, а здесь он – достойный гражданин, поддерживающий ополченцев. И вдруг через три дня канал НТВ показывает Андрея Петкова и говорит, что он шизофреник и что у него весеннее обострение. И Андрей Петков сам в камеру признается, что у него обострение, показывают психологический диспансер, справки… Выясняется, что он не знает немецкого языка, учит его по старым грампластинкам. Он напевает в кадре песни из классических трофейных фильмов о войне, так он учит немецкий язык.

Вот эти четыре сюжета в интервале недели, на мой взгляд, - это классическая история о том, как российское телевидение подменяет реальность, как оно формирует смыслы и о том, что оно доносит до российских телезрителей, которые телевизору, в большинстве своем, верят, потому что альтернативы, к сожалению, нет.