Людмила Алексеева: закон об «иностранных агентах» разрушителен

Правозащитники о целях закона, принятого четыре года назад

МОСКВА – По данным Amnesty International, в список «иностранных агентов» в соответствии с законом, принятым четыре года назад, 21 ноября, внесено почти полторы сотни (148) правозащитных организаций, из которых 27 были вынуждены закрыться, а деятельность остальных в значительной мере скована. Их финансирование серьезно сократилось, их репутации нанесен ущерб, а их сотрудники подверглись травле и запугиванию, подчеркивается в докладе Amnesty International, распространенном накануне очередной годовщины «драконовского закона».

«Закон об «иностранных агентах» был разработан, чтобы сковать, заклеймить, и в конечном итоге заставить замолчать критические НКО. Под его действие подпал широкий круг НКО, его применение связано со значительными издержками для качества общественной дискуссии в России и с нарушениями индивидуальных прав. Конечным проигравшим являются не столько НКО, сколько российское общество в целом», – в частности, заявил глава представительства Amnesty International в России Сергей Никитин.

По его словам, фактически в РФ была запрещена экспертиза по целым направлениям государственной политики, что сравнимо с преднамеренной атакой на свободу слова.

Председатель Московской Хельсинкской группы (МХГ) Людмила Алексеева убеждена, что закон оказал разрушительное влияние на правозащитные организации.

«Сейчас уже много более ста российских активных и действительно независимых НКО перешли в разряд «иностранных агентов», как их определил Минюст, – добавила она в интервью корреспонденту Русской службы «Голоса Америки». – В результате в стране образовалось такое огромное количество «иностранных агентов, что просто диву даешься, почему все они оказались в России, а не разбросаны по всему миру, например».

По словам Людмилы Алексеевой, она не знает, кто был инициатором этого закона.

«Но объективно его действие направлено на то, чтобы у нас перестало функционировать правозащитное, экологическое движение и вообще гражданское общество, – продолжает она. – Потому что практически за любую активную деятельность организация немедленно объявляется «иностранным агентом»».

По мнению главы МХГ, уничтожение гражданского общества в стране – не только неблагодарная, но еще и невыполнимая задача.

«Потому что, если в стране укоренилась правозащитная активность граждан, то как бы ни боролось с этим государство, ничего у него не получится, – поясняет она. – Возможно, изменится форма под влиянием натиска, но уничтожить гражданское общество не удастся. Уже 25 лет нет могучего некогда государства СССР, которое, как я была уверена, точно переживет нас. А мы, правозащитники, наоборот очень даже расплодились».

Людмила Алексеева считает, закон об «иностранных агентах» нельзя подкорректировать, сделав его более или менее приемлемым.

«Я еще в позапрошлом на встрече Совета по правам человека с президентом году выступала по поводу этого закона и сказала, что исправить его, улучшить невозможно. Его надо решительно отменить», – резюмировала она.

Этого мнения Алексеева придерживается и сегодня.

По информации Amnesty International, менее двух десятков НКО смогли доказать в суде, что они отказались от иностранного финансирования и добились исключения из реестра. Аналитический Левада-Центр в список счастливчиков не вошел. В пятницу московский суд отверг все аргументы и претензии социологов.

Заместитель директора Левада-Центра Алексей Гражданкин в комментарии «Голосу Америки» назвал решение суда ожидаемым.

«Не сказать, что некоммерческие организации в России часто выигрывали судебные процессы против Минюста, пытаясь оспорить внесение в реестр «иностранных агентов», – отметил он. – Мы не стали исключением. Поэтому будем продолжать оспаривать решение, которое вынесено судом в отношении нас, поскольку уверены, что наше включение было произведено с нарушением существующих процессуальных норм и необоснованно. Будем пытаться восстановить справедливость, отстаивать свою позицию».

Вместе с тем Алексей Гражданкин сообщил, что Левада-центр продолжает работу и выполняет свои обязательства перед заказчиками.

«Понятно, что положение организации стало сложнее. Мы не заключаем зарубежных договоров и надеемся на этом основании выйти из-под стигмы «иностранного агента», – резюмировал Гражданкин.